Вы здесь

Волонтеры против Доброй Воли

Едва ли кто сегодня станет спорить с тем, что против России и Русского мира ведется многоуровневая гибридная война. Мы достаточно успешно противодействуем ее наиболее очевидным и явным формам. Так, с треском провалились попытки устроить «цветную революцию» или навязать народу либерально-фашистскую идеологию. Так же оказались, в целом, безуспешными попытки навязать народу нашей страны чуждые религии — от «АумСенрике» (которую поддерживало окружение Ельцина) и секты Муна (к которой благоволил Горбачев) до неоязычества и «русского» ваххабизма. Да, был такой проект «Русский ислам», поддерживаемый некоторыми представителями власти и рядом СМИ.

Гораздо хуже обстоит дело с противодействием более утонченным и изощренным формам агрессии, атакующим культурный, ментальный уровень, использующими имиджевые формы и обращенные к эмоциональной сфере. Достаточно вспомнить безобразную выходку курсантов летного училища и довольно благожелательную реакцию на нее части общества, чтобы понять, насколько все серьезно.

Ни чуть не меньшую угрозу представляет и языково-культурная агрессия против русского образа жизни и русского мировосприятия.

Приведу всего один пример: на недавнем съезде молодых депутатов Кубани, прошедшем в Туапсе одна молодая дама призвала объявить в крае «Год волонтера», а всю молодёжь Кубани считать волонтерами.

Получается абсурдная ситуация: во-первых, в русском языке есть очень хорошее слово — «доброволец», которое не нуждается в замене. Помните стихи советского детского поэта: «Признаем язык английский, и французский признаем, но в родной стране по-русски пишем, думаем, поем». И там же: «Нет, сказали мы фашистам — не потерпит наш народ, чтобы русский хлеб душистый назывался словом «брод».

Так Сергей Михалков очень четко и доступно обозначил смысл языковой агрессии, и сопротивления ей. Ведь, казалось бы, «невинная» подмена слов в действительности разрушает культурное и даже политическое пространство. Сейчас идет замена нашего исконного слова «станица» на «поселение». Казалось бы, какая разница? Но так удаляется свидетельство того, что Кубань — казачья земля, как явственно следует из топонимики края. А вот измени ее — и все будет не так очевидно. Случайность? Едва ли.

Особенно если сегодня всю молодёжь, в том числе и казачью предлагают именовать «волонтерами», что, прежде всего, довольно нелепо. Ведь все участники казачьего движения — и дети, и юноши и старики — все добровольцы по определению. Зачем же это дурацкое слово?

Причем, не только на Кубани, но и вообще — в России? Владимир Путин определил «День добровольца». В России была Добровольческая армия. В Советском Союзе было добровольное общество содействия Армии, Авиации и Флоту (ДОСААФ), в современной России в 2014 году защищать русский мир от оголтелых бандеровцев в Крым с территории России уходили отряды казаков- добровольцев.

Близкое по смыслу и не менее почетное слово — «ополченец», ведь для борьбы с польско-литовскими и шведскими оккупантами Минин и Пожарский объединили патриотические силы русского народа в народное ополчение, и никаких волонтеров не было.

Откуда оно вообще взялось, это слово? А появилось оно из тренингов и семинаров иностранных НКО, которые, как говорилось, «строили гражданское общество» в нашей стране, а точнее — создавали агентуру западного влияния и готовили «цветную революцию». И это понятие, обезличивает «добрую волю» наших сограждан. Тем более, что это слово, которое в нашем сознании довольно крепко связано с бандеровскими активистами, помогающими карателям уничтожать казаков, русских людей в Донбассе. И его внедряют в наш лексикон, а значит, и в наше сознание.

Причем как мы видим, это упорно насаждается в умы молодых людей, которые представляют законодательную власть. Я далек от мысли, что упомянутая мной девушка делает это злонамеренно. Но, как бы ее должность предполагает понимание того, что она говорит, какими словами пользуется, и какую конечную цель преследует.

Один из видных теоретиков социальной психологии еврейский учёный Курт Цадик Лёвин (1890-1947) обнаружил «психологическое поле» и, проводя групповые тренинги, пришёл к выводу: «Легче изменить» индивидуумов, собранных в группу, чем изменить каждого из них в отдельности.

В 18-19 столетиях все русские дворяне, образованные люди предпочитали разговаривать на французском языке, превращаясь в этаких русских иностранцев. Великий русский святой святитель Феофан Затворник, так сказал об этом: «Нас увлекает просвещенная Европа... Да, там впервые восстановлены изгнанные было из мира мерзости языческие; оттуда уже перешли они и переходят и к нам. Вдохнув в себя этот адский угар, мы кружимся как помешанные, сами себя не помня. Но припомним двенадцатый год: зачем это приходили к нам французы? Бог послал их истребить то зло, которое мы у них же переняли. Покаялась тогда Россия, и Бог помиловал ее. А теперь, кажется, начал уже забываться тот урок».

Как известно, потом у нас увлеклись немецкими социальными теориями, что привело к двум страшным войнам с Германией, и чудовищной революцией, унесшими десятки миллионов русских жизней. Может быть, уже хватит увлекаться чужебесием и пить из грязных луж, при этом натягивая на себя грязное европейское языковое тряпьё, пренебрегая своим чистым источником?

Иван Безуглый, атаман Таманского отдела Кубанского казачьего войска, депутат Законодательного собрания Краснодарского края, казачий полковник, Герой Кубани

Автор: 
Иван Безуглый
Источник: 
Сегодня.ру